Vitamins, Supplements, Sport Nutrition & Natural Health Products, Europe

Глава XVIII

На следующее утро, в 8:45 мы остановили машину на автостоянке, расположенной прямо в саду. Дорожка в конференц‑зал лежала среди моря нарциссов, тюльпанов и гиацинтов, серебром отливали какие‑то крошечные цветочки, воздух был напоен ароматом. Настоящее царство весны!

В просторном зале оказалось много окон, открывавших панораму океана. Солнце отражалось от волн, и по потолку скользили веселые узоры.

Два ряда стульев стояли широким полукругом, перед ними — небольшая трибуна с микрофоном и три светло‑зеленые доски для записей.

Мы остановились у столика при входе. На нем оставались только две карточки с именами, две стопки информационных материалов, две ручки и тетрадки — наши. Мы приехали последними из тех шестидесяти, кто прибыл сюда за тысячи миль на встречу самых необычных умов планеты.

Было довольно шумно, люди знакомились между собой, какая‑то женщина писала на центральной доске свое имя и тему доклада.

К трибуне подошел довольно крупный мужчина, его черную шевелюру уже чуть тронула седина.

— Здравствуйте, — решительно сказал он в микрофон, заглушая гул голосов. — Добро пожаловать в Спринг‑Хилл. Похоже, что мы все уже собрались…

Он подождал, пока публика расселась. Прицепив карточки с именами, мы одновременно посмотрели на ведущего. От неожиданности комната поплыла у меня перед глазами.

Я повернулся к Лесли, она удивленно смотрела на меня.

— Ричи! Это…

Ведущий подошел к центральной доске и взял мел.

— Я надеюсь, все уже успели написать здесь темы своих докладов. Ричард и Лесли Бах, вы только что приехали, ваш доклад…

— АТКИН! — воскликнул я.

— Лучше зовите меня Гарри, — подсказал он. — Тема вашего доклада?

Мы словно вновь очутились в неведомом измерении, на фабрике идей. Он совсем не изменился, только немного постарел. Может, это был не тот Лос‑Анджелес, который мы знали раньше, может, мы промахнулись…

— Нет, — сказал я, приходя в себя. — Мы не будем выступать.

На мгновение все обернулись к нам. Лица незнакомые, но…

Лесли тронула меня за руку.

— Этого не может быть, прошептала она. — Надо же, какое совпадение!

Она права. Мы получили приглашение на эту встречу от Гарри Аткина и увидели его имя на конверте еще до того, как отправились в полет. Но он был так похож на Аткина!

— Кто еще? — спросил он. — Напоминаю программу утреннего заседания. Докладчику дается максимум пятнадцать минут. После шести выступлений — пятнадцатиминутный перерыв, потом еще шесть докладов и будем обедать. Называйте ваши доклады.

Неподалеку от нас встала женщина. Аткин кивнул ей: «Да, Марша Банджери?»

— «Естественность искусственного интеллекта. Новое определение сущности человека».

Лесли наклонилась ко мне.

— Новое определение сущности человека? — прошептала она. — А тебе не напоминает?..

— Да! Но Марша Банджери — известный ученый, — прошептал я в ответ. — У нее много работ по искусственному интеллекту. Она не может…

— Не слишком ли много совпадений? Посмотри, какие здесь будут выступления!

— Организаторы конференции просили меня сказать, — продолжал Гарри Аткин, — что на встречу в Спринг‑Хилле мы пригласили шестьдесят самых неординарных умов, работающих сегодня в науке и искусстве. — Он улыбнулся… знакомая улыбка! Мы не изучали происхождение вашего интеллекта…

В зале засмеялись.

Первым было записано выступление самого Аткина:

СТРОЕНИЕ ИДЕИ. ПРИНЦИПЫ ЕЕ КОНСТРУИРОВАНИЯ.

— Вас пригласили сюда потому, что вы не похожи на других. Мы заметили, что вы далеко углубились в непознанное, и хотели познакомить вас другими первопроходцами, чтобы вам не было одиноко в глубинах вселенной…

Мы с Лесли принялись читать названия докладов, и наше удивление росло.

ГРАНИЦЫ ИСЧЕЗНУТ:

ПОЯВЛЕНИЕ ЭЛЕКТРОННОЙ НАЦИИ

ЭКСПЕРИМЕНТЫ В ОБЛАСТИ ЭЛЕМЕНТАРНЫХ ЧАСТИЦ МЫСЛИ

МОЖЕТ ЛИ ХОРОШИЙ ЧЕЛОВЕК БЫТЬ ВЕНЦОМ ПЛОХОЙ ПРИРОДЫ?

РЕШЕНИЯ ПРИХОДЯТ К НАМ ИЗ ПРОШЛОЙ ЖИЗНИ?

СВЕРХПРОВОДИМЫЕ СУПЕРКОМПЬЮТЕРЫ В ВОСТАНОВЛЕНИИ ЭКОЛОГИЧЕСКОГО РАВНОВЕСИЯ

ЦЕЛЬ В ЖИЗНИ:

ЛЕКАРСТВО ОТ НИЩЕТЫ И ПРЕСТУПНОСТИ

ПУТИ К ИСТИНЕ:

ТАМ, ГДЕ ВСТРЕЧАЮТСЯ НАУКА И РЕЛИГИЯ

КАК ИЗМЕНИТЬ ВЧЕРАШНИЙ ДЕНЬ И ЗАГЛЯНУТЬ В БУДУЩЕЕ

РОДСТВЕННИКИ НА ВЫБОР:

СЕМЬЯ В XXI ВЕКЕ

СОВПАДЕНИЯ: ВСЕЛЕННАЯ ШУТИТ НАД ЧЕЛОВЕКОМ?

— …во время любого доклада каждый из вам, — говорил Аткин, — может подойти к доске и написать тему исследований, новые постулаты, выводы или какие‑нибудь другие идеи, навеянные докладчиком. Если доска окажется полностью заполненной, сотрите верхнюю запись и сделайте свою…

НУЖНА ЛИ ЧЕЛОВЕКУ СМЕРТЬ?

НЕОБХОДИМОСТЬ ВОЗНИКНОВЕНИЯ НОВОЙ РАСЫ — ЧЕЛОВЕКА ЛЮБОЗНАТЕЛЬНОГО

ЗНАКОМСТВО С ДЕЛЬФИНАМИ

ТВОРЧЕСТВО — АЛЬТЕРНАТИВА ВОЙНЕ И МИРУ

ПАРАЛЛЕЛЬНЫЕ МИРЫ:

КАРТИНА, ГДЕ КАЖДЫЙ ИМЕЕТ НЕСКОЛЬКО СУДЕБ

Прочитав это, я протер глаза. Неужели кто‑то кроме нас видел картину мира? Может, мы там были уже не первыми?

Аткин достал из кармана таймер и предупредил, что пятнадцать минут пролетают незаметно. Достаточно в общих словах рассказать о результатах последних исследований и новых направлениях поиска. Подробности можно обсудить во время перерыва или новой конференции. При сигнале таймера (таймер запищал: БИП‑БИП‑БИП) необходимо уступить место следующему, потому что его доклад может оказаться не менее интересным.

— Через минуту приступаем. Желающие потом могут получить звуко‑запись конференции. Имена и телефоны участников указаны в брошюре. Обед в 12:15, ужин с 5 до 6. Вечернее заседание закончится в 9:15, завтра начинаем в 8:45. Больше никаких вопросов, я начинаю свой доклад.

— Идея в отличие от простой мысли имеет определенную структуру. Обратите внимание на строение ваших идей, и их качество значительно возрастет. Не верите? Припомните самую лучшую из ваших идей. А теперь закройте глаза и хорошенько ее представьте…

Я закрыл глаза и представил, что каждый из нас — частичка другого человека, то, чему мы недавно научились.

— Получше ее разглядите и поднимите руку, если, по‑вашему идея заключена в словах. — Он помолчал. — В металле?.. в пустом пространстве?.. в кристалле?..

Я поднял руку.

— Теперь откройте глаза.

Открыв глаза, я увидел, что и Лесли тоже подняла руку. В зале стоял лес рук, послышался удивленный шопот и смех.

— Не случайно идея имеет четкую кристаллическую структуру. Любая удачная идея подчиняется трем правилам конструирования. На их основании можно сразу определить, будет ли эта идея работать на практике. — В зале царила полная тишина.

— Первое правило — симметрия…

В последний раз я испытывал подобное ощущение, когда включал ускорители на реактивном истребителе, — неведомая сила толкает тебя вперед все быстрее и быстрее.

В этот момент к доске подошел человек и размашисто написал: СОЗДАНИЕ И КОДИРОВАНИЕ ИДЕЙ КОМПЬЮТЕРОМ ДЛЯ ОБЩЕНИЯ С ДРУГИМ КОМПЬЮТЕРОМ. ВЗАИМОПОНИМАНИЕ БЕЗ СЛОВ.

Конечно, подумал я. Без слов! Как они нам мешали, когда мы пытались говорить с Пай о времени.

— А может, лучше между людьми? — прошептала Лесли, одновременно ведя записи. — Когда‑нибудь мы сможем обойтись без языка!

— …и четвертое правило — в идее должно быть очарование. Это самое главное. Но критерием тут может быть только… — БИП‑БИП‑БИП‑БИП…

Слушатели разочарованно вздохнули. Аткин снова установил таймер и сошел с трибуны. К ней подлетел молодой парень, начавший говорить еще по дороге.

— Электронные нации — вовсе не эксперимент далекого будущего. Они уже появились и существуют среди нас, невидимые группы людей, живущих в разных уголках планеты, но объединенных сходными идеями и жизненными ценностями. И эта связь крепче границ любого государства…

Как одиноко нам было с нашими странными мыслями, и как радостно ощущать себя членом этой семьи незнакомцев!

— Вот бы обрадовалась Тинк, если бы знала! — прошептала Лесли.

— Конечно же, она знает. Откуда, по‑твоему, пришла идея созвать эту конференцию?

— Разве Тинк не говорила, что она — наша фея идей, другой уровень нас самих?

— А где кончаемся мы, и начинаются люди, сидящие в этом зале? — спросил я, прикоснувшись к руке Лесли.

Сам я ответа не знал. Где начинается и кончается наша душа, а наш ум? Где проходят границы любознательности, человечности и любви?

Сколько раз мы жалели, что тело у нас только одно! Было бы несколько, мы могли бы уйти по делам и в то же время остаться дома. Могли бы жить наедине с природой, созерцать восход солнца, растить цветы и травы, а параллельно вести суматошную городскую жизнь, спешить на лекции и выступать с докладами. Одного тела мало, чтобы знакомиться с новыми людьми и оставаться при этом наедине с любимой, выучить все языки мира, научиться самому и научить других всему тому, что хотелось бы уметь, работать до изнеможения и бездельничать недели напролет.

— …оказалось, что граждане этих невидимых наций преданней относятся друг к другу, чем к странам, в которых они живут. Им не нужны личные встречи для того, чтобы полюбить своих братьев по новой нации за их талант, характер…

— Да это же мы сами, нас отличает только тело! — прошептала Лесли. — Они хотели научиться летать на самолете, за них это сделали мы. Мы мечтали поболтать с дельфинами, изучить частицы мысли, они это делают за нас! Люди, любящие одно и то же, близки друг другу на любом расстоянии!

БИП‑БИП‑БИП…

— …любящие одно и то же, близки друг другу на любом расстоянии!

— закончил докладчик и отошел от микрофона.

Мы переглянулись и захлопали ему вместе со всеми. На трибуну встала женщина.

— Элементарные частицы материи состоят из энергии, — начала она,

— а элементарные заряды энергии, по всей видимости, состоят из мысли. Мы провели серию экспериментов, которые дают основания предполагать, что окружающий нас мир в буквальном смысле создан силой мысли. Мы зафиксировали частицу, названную нами «мыслин»…

Все меньше чистых страниц оставалось в наших блокнотах. Всякий раз казалось, что таймер звонит слишком рано, но его сигнал обещал нам новые открытия. Сколько мы услышали и узнали. Сколько поразительных идей витало в этом зале!

Одна‑единственная душа. А мы — ее частички, думал я. Тут я заметил, что Лесли смотрит на меня в упор.

— Нам есть, что рассказать. Как мы будем жить, если этого не сделаем?

Я улыбнулся, мой дорогой скептик.

— …в разнообразии четко прослеживается это поразительное единство, — говорил докладчик. — Мы часто замечали, что результаты получались именно такими, какими мы их себе представляли…

Я подошел к центральной доске и крупно написал то, о чем мы будем рассказывать в наши пятнадцать минут.

ЕДИНСТВЕННАЯ.

Положив мел, я сел рядом с женой и взял ее за руку. День еще только начинался.